Павел Корин (1892–1967)
Незавершённая фреска времени
Сорок два года Павел Корин писал одну картину и так её не закончил. Реквием. Русь уходящая — монументальное полотно, задуманное как групповой портрет целого мира русского православия, — осталось в эскизах и этюдах. Художник, выросший среди иконописцев Палеха, стал одним из немногих мастеров, кто попытался перенести язык древнерусской иконы на холст ХХ века. При этом он успел создать парадные портреты для советских залов, мозаики для метро и собрать одну из крупнейших частных коллекций русской иконы.
Из Палеха в Москву
Корин происходил из династии палехских иконописцев: ремесло передавалось в семье не одно поколение. В 1903 году он поступил в Палехское иконописное училище, а по его окончании работал в мастерской Донского монастыря в Москве — реставрировал и обновлял старые образа. Этот опыт прямого контакта с древней живописью определил его оптику на всю жизнь.
В 1908 году Корин поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где занимался у Константина Коровина и Абрама Архипова. Однако решающей стала встреча с Михаилом Нестеровым около 1911–1912 годов. Нестеров взял молодого художника помощником для работы над росписями, а затем стал его наставником и другом. Именно Нестеров направил внимание Корина к теме уходящей религиозной Руси — теме, которая станет главной на десятилетия вперёд.
Реквием по Руси
С 1925 года Корин работал над Реквиемом — картиной, для которой позировали десятки представителей духовенства, старообрядцы, монахи, юродивые. Замысел требовал сотен этюдов: художник фиксировал лица, жесты, облачения с документальной точностью. Центральное полотно так и не было завершено, но цикл портретов-этюдов к нему стал самостоятельным явлением — строгой, почти иконной галереей типов старой России.
Параллельно Корин писал заказные портреты: Максима Горького (1932), актёра Василия Качалова, маршала Жукова. В 1942–1943 годах создал триптих Александр Невский — сдержанную, тёмную по колориту композицию, далёкую от плакатного пафоса военных лет. В 1950-е выполнил эскизы мозаик для станции метро Комсомольская-Кольцевая в Москве, изображающих русских полководцев от Александра Невского до Суворова. За эту работу и совокупность заслуг в 1962 году получил звание народного художника СССР.
Между иконой и плакатом
Корин занимал странное положение в советской художественной иерархии. С одной стороны — признанный мастер, лауреат, автор государственных заказов. С другой — человек, чей главный замысел был посвящён миру, который советская власть официально объявила исчезнувшим. Реквием не выставлялся как завершённая работа; его эскизы расходились по мастерским и частным собраниям. При этом Корин последовательно собирал древние иконы — к концу жизни его коллекция насчитывала порядка двухсот произведений XV–XIX веков. В эпоху, когда храмы закрывались, а иконы списывались как «пережитки», это собирательство было актом тихого сопротивления.
Дом на Пироговке
После смерти Корина в 1967 году его мастерская и жилой дом на Малой Пироговской улице в Москве были переданы государству. В 1968 году там открылся Музей Павла Корина — ныне филиал Третьяковской галереи. В экспозиции хранятся эскизы к Реквиему, портреты, триптих Александр Невский и собрание икон.
Для исследователей ХХ века Корин остаётся фигурой, которую сложно вписать в одну рубрику: не авангардист, не соцреалист в чистом виде, не реставратор. Он — художник, который сорок два года писал портрет мира, которого уже не существовало, и не смог поставить последнюю точку.
