Богатыри

О картине "Богатыри" (1898)

Первый набросок «Богатырей» появился в парижской мастерской Василия Поленова весной 1876 года. Васнецов набросал трёх всадников почти машинально — после разговора о репинском «Садко» и письма Павла Чистякова, который советовал не увлекаться цветом воды, а передать «веяние впечатления от былины». Слова учителя вернули художника к старой мысли, зародившейся ещё после поездки в родовое имение Рябово: лохматые могучие кони, троица витязей, бескрайний простор. Поленов отказался принять эскиз в подарок — сказал, что возьмёт только тогда, когда друг напишет большое полотно. Васнецов хранил этот набросок двадцать два года и вручил его Поленову лишь в марте 1898-го, незадолго до завершения итоговой работы. За эти десятилетия художник успел расписать Владимирский собор в Киеве, создать «Алёнушку» и «Витязя на распутье». Тема богатырской заставы оставалась неотступной — по собственным словам Васнецова, «к ним всегда влеклось сердце и тянулась рука». Картина была закончена 27 апреля 1898 года.

На холсте размером 295 × 446 сантиметров — три фигуры на фоне степной равнины с редкими ёлочками и пологими холмами. В центре, на вороном коне, — Илья Муромец: правая рука козырьком у лба, в левой — копьё и щит, у седла висит булатная палица. Это самая крупная фигура, композиционный стержень полотна. Прототипом послужил крестьянин Владимирской губернии Иван Петров, а позже — ломовой извозчик, встреченный Васнецовым у Крымского моста в Москве. Слева на белом коне — Добрыня Никитич, вынимающий меч-кладенец из ножен; исследователи отмечали, что чертами лица зрелый богатырь напоминает самого художника. Справа на гнедом коне — молодой Алёша Попович с луком и стрелами, колчаном на боку и гуслями у седла — прообразом послужил Андрей Мамонтов, сын Саввы Мамонтова. Небо пасмурное, тревожное: Васнецов выстраивал атмосферу ожидания, а не действия.

Критик Владимир Стасов назвал работу «капитальнейшим» трудом Васнецова, увидев в ней «всю силу и мощь русского народа — силу торжествующую, спокойную и важную». Павел Третьяков приобрёл полотно сразу после завершения — это стало одним из последних приобретений коллекционера перед смертью. Для Васнецова «Богатыри» стали итогом многолетних поисков национального эпического стиля, попыткой соединить археологическую достоверность доспехов с мифологической обобщённостью образов. Картина тут же обрела популярность и прочно заняла место среди узнаваемых символов русской живописи. Сегодня она воспринимается как программное произведение неорусского направления, определившее вектор для целого поколения художников.

Полотно находится в Государственной Третьяковской галерее в Москве